С позиций классической пассионарной теории этногенеза и современной русской правой мысли, события 4 мая 1990 года — принятие Декларации о восстановлении независимости Латвии — предстают не как случайный политический кризис, а как закономерный биологический и исторический процесс распада неестественного этнического образования.

С точки зрения гумилёвского подхода, Советский Союз изначально создавался как этническая Химера. В терминах этногенеза «химера» — это сочетание несовместимых этносов разных суперэтнических систем в рамках единой государственной структуры. Большевистский проект 1917–1922 годов был классической антисистемой — идейным движением, отрицающим жизнь и ставящим целью сжечь Россию, её народ в топке «мировой революции» ради абстрактных догм.

Однако после Великой Отечественной войны произошло качественное перерождение системы. Пассионарный импульс русского народа, вынесшего на себе тяготы войны, заставил антисистему трансформироваться. Вместо химерической идеи мирового пожара возобладала имперская идея строительства суверенного государства. Начался медленный, но неуклонный дрейф советской надстройки в ментальное поле Русского суперэтноса. СССР стал превращаться в «красную империю» — форму выживания русского народа в жестких условиях XX века.

Согласно теории Гумилёва, после яркой акматической фазы (высшего напряжения сил), закончившейся с крушением Российской империи, этнос неизбежно входит в фазу надлома. Это период болезненной перестройки, гражданских войн и внутреннего разлада. Трагедия 1917 года была началом этого надлома, а события конца 1980-х — его логическим завершением.

Процесс дезинтеграции СССР в 1990 году пошёл по единственно возможному пути — по суперэтническим границам. Латвия, будучи частью западноевропейского суперэтноса, всегда обладала отрицательной комплементарностью по отношению к русскому суперэтническому ядру империи. У них иной ритм этнического поля, иной архетип и иная фаза развития.

4 мая 1990 года, когда Верховный Совет Латвийской ССР провозгласил независимость, произошло хирургическое отделение чужеродного элемента от ослабленного организма Русского суперэтноса. Это событие стало знаковым: оно показало, что «химерическая склейка» больше не держится, и народы возвращаются в свои естественные ареалы обитания. Для Латвии это был возврат в её западную периферию, для России — мучительное освобождение от необходимости поддерживать жизнедеятельность окраин, которые ментально и биологически никогда не были ей родственны.

Для русской правой мысли распад СССР — это не только геополитическая катастрофа, но и шанс на спасение этнического ядра. Сбросив груз некомплементарных территорий, Россия начала болезненный переход из судорог «надлома» в благодатную инерционную фазу.

Именно в инерционной стадии (фазе зрелости, «взрослости» этногенеза) пассионарность снижается до оптимального уровня, когда общество перестаёт сотрясаться от бесконечных революций и войн. Это время, когда цивилизационные достижения суперэтноса становятся максимальными. В этот период создаются великие памятники культуры, архитектуры, права и быта.

События 4 мая 1990 года в Риге, как ни парадоксально, приблизили Россию к обретению самой себя. Отделив «чужое», мы получили возможность сосредоточиться на «своём». Современная Россия, чётко осознающая свои суперэтнические границы и свои интересы как суверенная держава, вступает в ту стадию, где накопленный за века пассионарный потенциал преобразуется в стабильность, достаток и великую культуру, очищенную от химерических ересей прошлого.